Этот текст должен был быть грустным. Так оно и есть, в моей душе слишком много грусти уже целый год.
Сегодня 7 апреля, ровно год, как ты, мам стала навсегда такой же юной, как этот месяц. Если, конечно, верить детской песне. А я верю.
Но я тут подумал… даже сейчас, спустя год, как ты мне не звонишь и не пишешь, и уже никогда этого не сделаешь, ты все равно не ассоциируешься у меня с грустью. Ну, какая грусть в тебе, вечно любящей, любимой, веселой и улыбающейся? Какая, к черту, грусть?
Конечно, мне хотелось бы, чтобы ты жила вечно. Всем детям хочется, чтобы их мамы жили вечно. Пусть всегда будет мама, пусть всегда буду я…
Но так не бывает, и если уж и уходить, то в апреле. Когда все просыпается, когда листья проклевываются из почек, когда распускается первоцвет, когда по утрам начинают щебетать прилетевшие птицы.
И вот в этом юном апреле ты и осталась. И в листьях, и в первоцвете, и в птицах. И будешь приходить ко мне каждый апрель, каждый новый апрель, вместе с бабушкой и дедом, которые остались в таком же апреле, но ещё раньше.
А ещё апрель подарил мне старшую дочь и младшую дочь. И ты очень даже зримо в них тоже живешь.
Короче, мам. Вот это именно то фото, которое нужно для этого дня.
Юный месяц апрель? Done.
В старом парке тает снег? Done.
Крылатые качели начинают свой разбег? Тоже done.
Качайся, мам! Качайся на своих небесных качелях высоко и весело. Жаль, конечно, что иногда любимые люди взлетают на качелях, и забывают возвращаться, но это не беда.
Я когда-нибудь сяду на соседние качели, и мы будем вечно качаться с тобой, соревнуясь, кто выше. И я с удовольствием тебе проиграю.
Год, как тебя нет. Апрель.
